Прислано: 8-06-2008

Я народилась 08 грудня 1980 року у звичайний для багатьох людей зимовий день, але трагічний для багатьох Бітломанів, яким був і залишається мій батько. В цей день мій татко не знав, чи більше йому радіти, чи сумувати, адже коли в нього народилась донька, загинув один із легендарних Бітлів - Джон Леннон.

Наприкінці 80-х років в країні проводили перепис населення.Так завітали і до нашої родини. Дані про членів сім’ї давав батько і коли запитали про мою дату народження Він так і сказав: “День смерті Джона Леннона”. На що жіночка, яка проводила перепис, здивовано подивилась на нього великими очима. Вона мабуть Бітломанкою не була.

Сахарова Катерина,
м.Дніпродзержинськ

Popularity: 9% [?]

Было это летом 1969 года. Я поступил в местный универ и, как все абитуриенты,
в августе отрабатывал на стройке лагеря отдыха студентов в горах неподалеку
от Альма Матер. Дело молодое, работа на свежем воздухе, носить кирпичи и раствор
на строительстве главного корпуса, поэтому спалось всегда сладко богатырским сном.
Спали мы в палатках на берегу горной речки протекающей в ущелье. Однажды ночью я
проснулся от звуков знакомой до боли мелодии. Где-то вдалеке звучала песня Битлов
«И я люблю её», почти как в оригинале, но намного звонче было бренчанье гитары
под тихую полифонию хора. Я проснулся окончательно, вылез из палатки, определил
источник звуков и направился вдоль берега реки к нему. Приблизившись к крайней палатке
я убедился, что это акустический обман. Да пели почти как Битлы потому, что это и были Битлы,
просто чистый, горный воздух, журчание речки, слабое эхо плюс тихие подпевки вживую
и виртуозное бренчанье простой шестиструнки создали эффект присутствия четвёрки вживую.
Оказалось в крайней палатке поселились музыканты – студенты из Киева, которые под видом народных
английских песен должны были на следующий вечер дать в лагере концерт баллад Битлов.
Я нагло забрался в палатку и присоединился к слушателям. Это было ангельское пение в терцию.
Что случилось дальше это уже другая история…

Popularity: 12% [?]

Битлз - это больше, чем жизнь. Для меня в мои 11, 14, 16 или 18 - это было дыхание, существование, радость, любовь… Пока я не окунулась во взрослую жизнь. Потом это стало самым теплым воспоминанием о детстве.

Итак, мне 11… Я впервые узнаю о Битлз из программы “До и после полуночи”… У меня блаженное выражение лица и слезы на глазах. Это была песня “Вчера”. Мир перевернулся, я больше ни о чем не могла думать… Я бродила по Ленинграду белыми вечерами, и все казалось мне таким родным.

Родители покупают мне мою первую пластинку «A hard day’s night». Я слушаю ее каждый вечер и каждое утро, иногда по нескольку раз. Я наизусть знаю каждую строчку, не понимая и половины. Я пою для каждого, кто готов слушать.

Мне 12… Я зарабатываю хорошие оценки и убираю квартиру всю неделю, чтобы один единственный раз в неделю в 23.50 в пятницу послушать по радио программу Александра Васильева “Рок-архив”, где транслируют все альбомы Битлз, а я их с радио записываю на старенький папин бобинный магнитофон, чтобы позже заслушать эту пленку почти до дыр. Я учу английский по песням Битлз, выигрываю районные олимпиады с моим битловским произношением и резко становлюсь отличницей.

Битлз лечат меня от болезней и сбивают температуру

Все , что я хочу, отчаянно и пылко, - это быть, как Пол Маккартни. Играть на гитаре, петь, и сочинять такие красивые песни.

Мне 12, и мир вокруг меня рушится. Я хочу заснуть и не просыпаться больше никогда. Заболевает раком моя любимая мама. Пять месяцев ее нет со мной, она в Ленинграде лечится, а я в Киеве с папой знакомлюсь с новой и грустной взрослой жизнью без мамы. Я шепчу слова Битлз, как молитву. Я знаю, что они меня спасут и на этот раз. Я переписываю в библиотеке от руки все статьи о Битлах, я пишу о них рассказы, придумываю несуществующие подробности их жизни, вижу красочные сны о том, как  я попадаю на их концерт, как разговариваю с ними, слушаю их песни…

Моя мама вернулась ко мне, ее спасли. Я ей пела битловские песни и она за меня радовалась… 

Мне 13 и мне купили мою первую гитару. За 3 месяца меня научили простым аккордам и подбору песен. Я все вечера провожу в обнимку с гитарой и подбираю все свои любимые песни. Я обожаю свою жизнь. У меня появились новые друзья, которые тоже без ума от битлов. Тогда в Комсомолке опубликовали адреса ребят, которые увлекаются музыкой Битлз. Один адрес был Киевский. Все Киевские фаны встретились в парке и разделили между собой пачки писем. Именно тогда я и познакомилась с двумя своими лучшими друзьями - Ксю и Юлей. Юля - до сих пор моя самая верная подруга по переписке. Мы переписываемся уже 19 лет, а встречались всего 2 раза. Ксю была моей верной подругой 7 лет, а потом пути наши разошлись. Зато за эти 7 лет мы создали нашу первую рок-группу. Мы горланили песни Битлз дни и ночи напролет.

Мне 14 и я написала свою первую песню. Мои стены были увешаны плакатами с любимыми лицами. Я переписала в свой песенник все песни, которые мне только удалось найти. Мы с подружкой печатаем на самодельном увеличители битловские фото страшного качества, но несмотря на это все равно самые обожаемые, и расклеиваем их в советские огромные фотоальбомы с уголками.

Лунное затмение. 8 декабря. Я стою на балконе со свечкой, в шубе, но без шапки, и плачу под “Imagine”. Как несправедливо, что я родилась так поздно и не застала ДЖОНА. Как же я завидовала моим родителям, которые жили в одно время с Битлз… 

Мне 15 и все карманные деньги я трачу на записи и фото любимых Джона, Пола, Джорджа и Ринго. Любая даже самая маленькая новость о Битлз наполняется сердце немыслимым счастьем. Перед экзаменами я не выхожу из дома, не послушав перед выходом песню Help! (такая битломанская примета), и без фотографии Пола в тетрадке :))

Мне 16, и жизнь достигла совершенства! Мне подарили бас-гитару, такую же как у Пола (почти такую же - чешский Орфей битловской эпохи), и я научилась на ней играть. Именно тогда в нашей группе было почти все, как в Битлз, но нас было четверо девчат. И все мы бредили битлами. Мы писали песни в стиле Битлз… и все было просто невероятно хорошо!

16 лет спустя… Я - обыкновенная учительница английского языка, у меня есть любимый муж и двое детей, но я до сих пор влюблена в Пола и в Битлз, и они - это самое прекрасное мое воспоминание, настоящее чудо, которое до сих пор присутствует в моей жизни. Благодаря им я умею мечтать и верить в чудеса и в любовь. И я очень благодарна Полу, Джону, Джорджу и Ринго за то, что они изменили мою жизнь, сделав ее такой яркой и полной любви. Эти песни вечны и способны творить чудеса!  

«Все что Вам нужно, это – любовь». Когда я их слышу, я люблю всех людей на свете, я забываю все невзгоды, и мне хочется всех обнять. Когда я зашла на этот сайт, я удивилась, что моих единомышленников так много. Битлз сделали невозможное – они объединили этот мир таких разных людей, каждому из которых есть что вспомнить! Но самое чудесное – это то, что когда они слышат Битлз, они снова становятся такими же молодыми, красивыми и мечтательными, как тогда, когда услышали Битлз впервые…  

Popularity: 12% [?]

Я народилась 08 грудня 1980 року у звичайний для багатьох людей зимовий день, але трагічний для багатьох Бітломанів, яким був і залишається мій батько. В цей день мій татко не знав, чи більше йому радіти, чи сумувати, адже коли в нього народилась донька, загинув один із легендарних Бітлів - Джон Леннон.
Наприкінці 80-х років в країні проводили перепис населення.Так завітали і до нашої родини. Дані про членів сім’ї давав батько і коли запитали про мою дату народження Він так і сказав: “День смерті Джона Леннона”. На що жіночка, яка проводила перепис, здивовано подивилась на нього великими очима. Вона мабуть Бітломанкою не була.

Катруся, м. Дніпродзержинськ

Popularity: 10% [?]

History of my love to The BEATLES
Здравствуйте! Меня зовут Наталья. Я из Житомира. Правда, значительно чаще меня называют Наталья Георгиевна, потому что мне “еще” 59. Как и многим из  тех, кто 40 лет назад “сошел с ума” от любви к Beatles и до сих пор не выздоровел. Мы не просто полюбили, а Beatles  стали образом жизни для многих из нас.  Во всем стали подражать своим кумирам. В одежде, прическах, манере поведения.
Для меня Beatles – это потребность души. Постоянная радость, не уменьшающаяся с годами. Я очень много о них знаю, но хочу о них знать все и слушать их песни.
Таких, как я, фанатов Beatles во всем городе было человек 25. Мы собирались то у одного, то у другого. Летом для общения было еще 2 сквера. Слушали Beatles. Обменивались вырезками из газет, записями, пластинками. Смотрели их фото. Фотографиями Beatles были обклеены стены наших комнат. Счастьем было иметь плакат. Обязательным атрибутом  был транзисторный приемник. Слушали BBC –  Top twenty “New Musical Ecspress”.
В одежде старались быть похожими на своих кумиров. У всех были фирменные джинсы, батники. Соответствующие shoes. Покупалось все в Киеве на барахолке, очень дорого. Мои первые джинсы Levis за 100 рэ. Да за эти деньги можно купить 2 кримпленовых платья, говорили все!
Нас легко было узнать не только по одежде, но и по прическам! Девчонкам было проще. Их длинные волосы не вызывали такого возмущения учителей, милиции, просто посторонних, как длинные волосы у ребят. Запросто не пускали на концерты.  Ребят не допускали к выпускным экзаменам в школе, пока не постригутся.
А пластинки это отдельный разговор. Single – лучший подарок. А если покупался long play за те же 50-100 рэ, то отношение к нему было трепетное. На моем дешевом   проигрывателе  подкручивали  регулятор звукоснимателя и ставили противовес головке, чтобы не “не запилить” пласт. Понятное дело, потраченные деньги нужно было как-то “отбить”. Ведь это были большие деньги. Я студентка, мой парень  оканчивал школу (на фото мы вместе). Саша переписывал пластинки на магнитофонную пленку и записи продавал желающим. Это сейчас называют бизнесом. А тогда… Слова то придумали фарцовщик, спекулянт. Сашу чуть не выгнали со школы, а меня из института. Потому что этими вопросами занимались ну очень серьёзные органы.
Сейчас легко быть фанатом любого исполнителя. Книги, диски, телевидение, газеты и журналы. Не говоря об Интернете. А тогда, информации было ноль. Но мы ее находили. Находили передачи на радио. Правда, не на родном языке. Была такая польская газета “Штандарт млодых”.  Так вот в субботнем номере, последняя страничка была посвящена музыке. Там печатались все новости. Чуть подучили польский и читали. Выписывали еще чехословацкий журнал “Melody”. Язык трудный, читали со словарем, но фотографии на глянцевой бумаге всем нравились. Клево! А, английский язык, учили вместе с песнями Beatles.
Мой друг, такой, же как и я фанат Beatles, в ноябре 94 г. ездил в Англию,  на 25-летие альбома “ABBEY ROAD”.   Побывал в Ливерпуле, Лондоне. Походил по  местам, известным всем поклонникам Beatles. С ним случился такой случай. На конверте альбома “ABBEY ROAD” забор студии звукозаписи серого цвета. Володя, так его зовут, взял с собой белый мел. Понятно для чего. Чтобы написать на этом заборе наши фамилии и сфотографировать. Однако оказалось, что каждые две недели забор красят белой краской, потому что на нем оставляют автографы поклонники Beatles со всего мира. Пришлось довольствоваться шариковой ручкой. Но, на слайде, если слегка увеличить (указано стрелкой), отлично видны наши фамилии: Здесенко, Савенко.
И  эта любовь у всех  нас сохранилась навсегда. Жизнь разбросала нас по всему миру. Кто-то  живет в Америке, кто-то в Североморске, кто-то в Москве. Нас в Житомире осталось пару человек. Не знаю, может быть есть в городе молодые фанаты?
Когда я, кому – либо говорю, что люблю Beatles, мне отвечают типа – а я люблю, к примеру, Иванушек. Думаю, да разве вы знаете, что означает любить. Сегодня Вы  любите одних, завтра других. А любовь к Beatles, это когда знаешь каждую песню, каждого альбома.  Услышав первый аккорд, поешь следующий. Потому что  прослушал и пропел их сотни раз. И каждый раз сердце замирает.

Несколько фотографий:

1) Наша компания - те ребята, с которыми мы вместе слушали Beatles. Я - единственная девушка в центре.

2) Памятные подписи. Один из ребят нашей компании - Володя Савенко - побывал у звукозаписывающей студии Beatles и, как многие другие фаны этой великой четверки, оставил на стене наши имена. Надпись трудно разобрать, но если приглядеться, можно увидеть “Савенко”, “Здесенко” - это моя девичья фамилия.

Popularity: 12% [?]

1964 год –Интервидение транслирует в прямом эфире не только показательные выступления фигуристов на Олимпиаде, но и выступление в перерыве четвёрки длинноволосых ребят с гитарами, исполняющих “Rock and Roll Music”.
На следующий день в физкультурном зале старшеклассники сидя на матах поют под гитару ту же песню. Какое-то абсолютно новое чувство, дающее радость ощущения свободы! Это подражание Битлз называется «бит-музыкой». Слово «рок» мне ещё неведомо.

1966 год – бегаем на Майданчик розваг что за филармонией, чтобы в десятый раз услышать упоительные звуки “Girl” под которые так клёво кататься на «чертовом колесе».

1967 год - попадаю летом в лучший лагерь в мире, где старшеклассники по вечерам у костра поют “A Hard Day’s Night” и “Can’t Buy Me Love”. В припевах иногда встречаются правильные слова, но зато произношение – чисто ливерпульское!

1968 год – снова лето в лагере, слушаю новые для меня песни Битлов “Ticket to Ride” “Drive My Car”, “Michelle” и “The Word”. Первые мозоли от попыток прижать струны к грифу гитары. Осенью встречаюсь с товарищем со двора. Оказывается Витька летом тоже научился брать пару аккордов и уже может сыграть квадрат!

1969 год – у Марика есть запись на магнитофоне “With The Beatles” и мы втроём после школы пытаемся записать на маге уже свои творческие потуги, отдалённо напоминающие “Money” и “Roll Over Beethoven”. Тогда мы не знали, что Битлз в своём первом альбоме также не постеснялись копировать Чака Бэрри и Брэдфорда.

1970 год – нам разрешили играть в школьной группе на НАСТОЯЩИХ электрогитарах!!! Моя первая маленькая красно-белая чешская звёздочка Иолана! Кто сейчас с тобой???

Как вы думаете, что может поднять утром советских тинэйджеров в летнем лагере после танцев до упаду до трёх ночи под “Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band” и “The White Album”? Только оглушительный из мощных динамиков свист Боинга из “Back in the U.S.S.R.” – гарантия 100%!!!!

Зима. 1971 год – Ах, девушки…
Наш смущённый руководитель приводит на репетицию трёх восьмиклассниц, которые решительно захотели научиться играть на гитарах. Оказывается девицы-красавицы уже давно искали поводы и способы …быть поближе к прекрасной музыке Битлз. Мы не стали сопротивляться, а в нашем репертуаре появились новая «лирическая» струя - “Something”, “Golden Slumbers”, “Julia”, “And I Love Her” и, конечно, “Yesterday”.

Осенью 1971 года на уроках развлекаемся – подбираем известные тексты советских песен под музыку Битлз. Звучание «По долинам и по взгорьям» под музыку “Oh! Darling” ещё терпимо, но «Партія нас веде!» Тычины под “Let It Be” находится на грани антисоветчины.

Весной 1972 стих Тычины сдавали на выпускном экзамене, а “Let It Be” знали уже самые далёкие от музыки школьники. Поэтому хоровое пение выпускников ранним утром под Святым Владимиром сего опуса Тычины вызывает самые смешанные чувства у преподавателей и родителей.

Олег Киселевский

Popularity: 10% [?]

Все началось с обьявления о проведении в Киеве Первого национального конкурса Битлз, которое увидела наша дочь, Косив Виктория. По условиям нужно было записать две песни Битлз, чтобы пройти во второй тур. Но сначала надо эти песни выбрать.И тут моя двенадцатилетняя дочь растерялась от количества возможных вариантов, помогла преподаватель по вокалу Любовь Капшук. Решили, что Виктория будет петь “Let it bee” и “O bla di O bla da”. За два дня до записи, дочь слышит по радио песню “Cant buy” и планы меняются. Преподаватель в ужасе обьясняет, что песню выучить за такое короткое время невозможно, но только Виктория с упорством доказала обратное.Диск записали,отправили и успокоились - мы - родители, но не дочь,она слушала и слушала Битлз. Потом был первый тур конкурса и Виктория прошла во второй. Все было выучено, подготовлено, преподаватель должна была перед выступлением “распеть” Вику.Ждем Любовь Михайловну - преподавателя,остается пять минут до выступления,а она застряла в “пробке”. Виктория сначала испугалась и растерялось, но всего на какой то миг,потом собралась вышла на сцену и спела.Наша дочь получила третье место при том ,что первое не присуждали вообще.Битлз она продолжает слушать и петь, но это была ее первая победа и как знать ,может, родилась новая певица - Косив Виктория.

Косив

Get the Flash Player to see this player.

Popularity: 19% [?]

Надеюсь, что моё послесловие P.P.S. I LOVE YOU сможет добавить что-то новое.

И ещё маленькая история….

В 2004 не дожидаясь приезда Пола в Киев, поехал на концерт в Питер.
Выступление Пола должно было начаться в 7 вечера, но вместо этого начался дождь. Фанов спасало от полного вымокания то, что они стояли очень плотно друг к другу, и их зонтики образовывали громадную сплошную защиту от дождя. Шло время, концерт не начинался, а дождь только усиливался. И тут, вопреки разбушевавшейся природе, захотелось спеть во весь голос:
“Good Day Sunshine, Good Day Sunshine, Good Day Sunshine!

I need to laugh and when the sun is out
I’ve got something I can laugh about
I feel good in a special way
I’m in love and it’s a sunny day”

Второй раз припев пели уже столько влюблённых в музыку Битлз, что ветер начал разгонять тучки и солнышко захотело посмотреть на людей, собравшихся услышать и спеть песни своего любимого музыканта.

Встретимся на Майдане 14 июня – любовь к музыке Пола защитит нас от любых невзгод!

Надеюсь, что вместе со всеми фанами спою песни, которые нас объединяют в любви к миру.

Удачи и успехов,
Олег Киселевский

Popularity: 13% [?]

Любой человек, для которого слово “Beatles” не пустой звук, хранит у себя в сердце воспоминание - о впервые услышанной и поразившей его песне великой четверки, или какую-то историю своей любви, или случай из жизни, в которых важную роль сыграли “Beatles”.

В далеком 1968 году я впервые услышал песни “Beatles”. Это был альбом “Rubber Soul”. Дальше – наверное, как у всех фанатов – ни дня без песен “Beatles”. Но со мной произошла вот какая история…

В 1979 году я перед поездкой в свадебное путешествие в Венгрию и Югославию серьезно заболел, и не мог нормально ходить. Пролежал в одной больнице месяц, потом в другой - лечение не дало никаких результатов. Приближался срок выезда, и я под расписку покинул больницу. Ходить приходилось медленно, искривляясь на одну сторону, но, подложив в туфель деревянную дощечку, я твердо решил ехать.

В Будапеште наш автобус с экскурсией остановился на короткое время на какой-то улице и я, поддерживаемый женой, отошел от автобуса шагов на триста. Мы зашли в магазин по продаже джинсов и вдруг на стенке кассы я увидел приклеенный плакат “The Beatles”. Меня уже ничего не интересовало, кроме этого плаката. Один из продавцов говорил по-русски, но сказал, что плакатов в продаже нет. Мы вышли из магазина, прошли метров 50 и увидели, что наш руководитель нам машет, чтобы шли поскорее. Все-таки у меня не выходил из головы плакат, и я решил вернуться в магазин. Сказал жене, чтобы отвлекла руководителя, а сам поковылял за плакатом. Подошел к магазину и увидел, что он закрыт. Начал стучать в дверь, мне кричали, что закрыто, но появился тот русскоговорящий продавец. Я ему сказал: «У меня 2 минуты, ищи, где хочешь плакат, я отсчитаю форинтов, сколько скажешь». Он завел меня в комнату , где на полу стояли штук 50 свернутых в трубку плакатов, я купил один и вышел из магазина. Возле автобуса уже вся экскурсия махала мне всем, чем можно, чтобы я поторопился. Окрыленный удачей с плакатом, я забыл про острую боль в спине и как-то невольно начал бежать. Подбегая к автобусу, я увидел, что жена на меня смотрит с изумлением – у меня выпрямилась спина! Вот так чудодейственная сила “Beatles” оказалась эффективней медицины.

На другой день на стене одного из кинотеатров я увидел огромную рекламу на фильм “Help!” , но увидеть его не удалось - руководитель группы меня не понял . Для него “Beatles” не имел такого значения, как для меня.

В г. Любляна по всему городу тоже были расклеены афиши о показе фильма про “Beatles” - “Those Four” - но он демонстрировался уже после нашего отъезда. Зато я нашел в Любляне ювелирный магазин со стеклянной дверью, на которой была скотчем приклеена афиша фильма и ночью с величайшей осторожностью, чтобы не сработала сигнализация и не увидела полиция - снял ее. В г. Сплит я продал свои часы и купил альбом “Rock-n-roll music”. Вот этими трофеями пришлось компенсировать неувиденные фильмы. Эти оба плаката у меня хранятся вот уже почти 30 лет и я ими очень дорожу.

Белка Юрий Николаевич, г. Херсон

P.S. Хочется выразить огромную благодарность устроителям концерта Пола Маккартни в Киеве - ведь творчество группы “Beatles” и самого сэра Пола очень много значит для людей моего поколения и вообще для многих жителей бывшего СССР. В 60-х - 70х годах это был “ветер свободы”, сейчас - дух молодости.
Спасибо!

Popularity: 16% [?]

Уважаемое жюри!

Предлагаю Вашему вниманию фрагменты из моей новой книги «Мы так любили The Beatles»: стих (из конца 60-х годов) и фрагменты из повести “Концерт”. Надеюсь, найдёте что-то занимательное.

Несколько слов о книге: она практически готова к изданию. Посвящается поколению 70-х годов ( о нём написано катастрофически мало), для которого «Битлз» - не просто музыкальное явление, а движение по жизни. В книге стихи (тех лет и о тех годах), проза - повесть «Концерт» - и пьеса, давшая название. Пьеса была опубликована в 2003г. (украинояз. вариант) в книге пьес. Одно из её действующих лиц «Мы так любили The Beatles» Джон Леннон, в сюжете также использованы материалы суда над И.Бродским. Жанр пьесы трагедийный – наркомания общества и личности. Проза – добрая и весёлая. ALL YOU NEED IS LOVE. Ищу издателя.

С найлучшими пожеланиями Сергей Лазо.

КОНЦЕРТ
для одинокого голоса с неслаженным оркестром

ВЕЛИКАЯ КОТТОНОВАЯ ЭПОХА.

Вы можете себе представить отечественного бомжа конца 60-х - начала 70-х годов в фирменных джинсах “Левис”? Или синеликого пьяницу тех же благословенных времён, прилёгшего отдохнуть на скамейке городского сквера и блистающего лэйблом “Супер райфл”? Для советской молодёжи тех лет подобная картинка была немыслима, как, скажем, разгуливание инопланетян или свободная продажа американского доллара. ДЖИНСОВ НЕ СУЩЕСТВОВАЛО! Дефицит - символ социализма. На весь мир было заявлено об отсутствии в нашей стране секса. Погорячились - народ продолжал предательски плодиться. Но о наличии заграничных портков мы твёрдо знали, во-первых, разглядев их на обличающих фото “Битлз” и “Роллинг стоунз”, во-вторых, объявлялись всё-таки иностранцы и в нашей скромной обители…

…Даже советская пресса вынужденно заметила атакующее рок-н-рольное движение. В центральном журнале «Украина» появилась статья «Джаз, музики і акробатика». Иллюстрацией этого футуристического названия было мутноватое фото ливерпульской четвёрки, где «битлы» были запечатлены в прыжке с гитарами наперевес. Далее следовал текст. «Вже декілька років із сторінок англійських газет та журналів не сходить фото чотирьох підлітків. Статті про них написали журналісти, фанатики, лікарі-психіатри і навіть королева-мати. Це (ВНИМАНИЕ!) - джаз Бітелза. Квартет у складі (ВНИМАНИЕ!!!) Джона Ленкова, Рауля Макартнея, Георгія Нарізоні та Ранчо Стара успішно роблять кар’єру…». Ну и, разумеется, блестящий финал. «Дике ревіння гримить над британськими островами, заглушаючи свідомість людей і геніальні композиції минулого». Этот бред советского искусствоведения я ещё много лет кряду зачитывал друзьям и знакомым. Они хохотали, не веря, что такое опубликовано. Тогда я доставал затёртую на сгибах вырезку из журнала, козырно разворачивал и требовал компенсации за недоверие. Наливалось сразу, без возражений. И с восторгом.

Мы соревновались в длине волос /если хоть что-то начёсывалось на ухо, это уже засчитывалось/, терзали черниговские семиструнки, перестраиваемые на шестиструнный лад, и мечтали спеть “Can’t buy me love”, от которой сердце млело. В городе появились шокирующие фотографии а-ля “Битлз”, но с другими лицами. Житомирскими. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это бутафория, хоть и пиджачки без лацканов и причёски !!! Воспринималось уже как анекдот: четверо приятелей решили создать группу, наивно полагая, что гитарные муляжи , похожие пиджаки, сценическая поза и есть залог успеха. Они вообще не умели играть! Ни на чём! А вот мы хотели играть. Мы не делали фотографии, мы репетировали. Сдирали партии бас-гитары, отчего ещё самозабвенней влюблялись в Пола Маккартни, подбирали аккорды, списывали по строчке английские тексты и несказанно удивлялись, почему у нас оно ТАК не звучит. А как может звучать самопальная электрогитара, воткнутая в убитый киношный усилитель с перемотанным динамиком и дырявым диффузором? Как “Хофнерр”,”Маршалл”? Как “Фэндер” ? Но не это главное. Мы репетировали в зале Дворца пионеров, а внизу на улице среди морозной зимы стояла толпа, слушала и не хотела расходиться. Вот в чём кайф. А мы пели, как ангелы, и это было несравнимо круче любых киловатт, саундов и тем более бутафорских фото.

ВИНИЛ

Со временем диски стали предметом коллекционирования, а значит и предметом купли-продажи (по-советски, спекуляцией или фарцовкой). Ближайшая музыкальная толкучка находилась в Киеве. Именно туда отправились Ронсон с Базелем. По возвращению моментально разнеслась сенсация: они привезли новейший, ещё
не вскрывавшийся «Heart beat»*, только что вышедший диск Джона
* Диска с таким названием не было. Есть диск «Unfinished Music #2 – Life With The Lion»(со всякими стонами и криками), на этом диске и есть пресловутая «Heart beat» (критич. комметарий В.Сардака)

Леннона, записанный с Йоко Оно (вообще-то супруга Леннона никакого восторга не вызывала, предполагалось, она была одной из причин распада «битлов» - вещь непростительная, а по части музыки Йоко вообще не принималась во внимание). Вот он, миг священнодействия! Торжественно разрезается тонкий целлофан, извлекается новёхонький диск, пробуется на прогиб. Зверь одобрительно покачивает головой, Вольф цокает языком и разливает по стаканам…

Легендарный британский квартет ушёл, громко хлопнув дверью с табличкой «Let It Be». Для нас это было горем, поэтому любая новая весточка от «Битлз» согревала сердце. Леннон после распада группы одарил поклонников своим «Imagine», и теперь мы ждали блестящее продолжение.
- Зверь, думаешь этот диск вставит «Imagine»?
- Чуваки, это же Леннон!
Ронсон нервничает.
- Базель, не гони волну. Иди ополосни руки.
Базель тушит сигарету и с ворчанием удаляется в ванную. Наконец ставится диск. Все в предвкушении. Долгое начало, тишина, и вот издалека накатывают гулкие мерные удары. Тух-тудух, тудух,тудух… Минута, вторая, третья… Ждём с радостным нетерпением. Зверь одобрительно покачивает головой, Вольф цокает языком и снова разливает по стаканам… Удары всё громче.
- Кайф! Умеют душу потянуть. «Hey, Jude» - семь минут повторения в конце…
- Какие семь? Больше!
- Тише! Всё, поехали…
Звучит голос. Без инструментов. Только один голос. И это не голос Леннона. Йоко Оно. То ли импровизация, то ли песню сама сочинила, но восторга не вызывает. Ждём Главного. Стук продолжается - догадываемся, стучит сердце. Мерно и глухо. С учётом продолжающегося дамского подвывания, надо думать сердце Йоко. Ронсон разглядывает обложку. «Heart beat». В переводе «Стук сердца». Вот он и есть, стук сердца. Картинка: Леннон выслушивает чей-то живот.
- Почему чей-то, ясно чей.
- Ну и чей?
- Йоко.
- Нет, не Йоко. А будущего ребёнка. Леннона-младшего.
На десятой минуте Базель тревожно предлагает.
- Давайте послушаем дальше.
Ронсон переставляет головку - иголка с визгом поехала в сторону.
- Диск запилишь!!!
Всё то же «тух-тудух». Тусовка переглядывается. Втыкается финал – никаких перемен. Ронсон останавливает процесс, закуривает и обречённо произносит.
- Базель, по-моему нас намахали!
Полсотни рублей за удары сердца и подскуливание Йоко Оно! А где же Леннон?! На толкучке говорили: Вы охренеете! Действительно охренели, что и говорить…С горя послали гонца в близлежащий гастроном. А неделю спустя Ронсон сумел запаять утюгом фирменный конверт, отвезти на толкучку злополучный альбом и продать его за 55 целковых, компенсировав тем самым свои материальные и моральные издержки. Счастливый новый обладатель «Heart beat»! Хотелось бы видеть выражение твоего лица под виниловый аккомпанемент!

А вот винницкая история. Местные фирмачи знали как шокировать публику! Вечером на ярко освещённой части променадной стометровки появлялась четвёрка молодых парней с загадочным квадратом – диском «Please please me». О пластинках «Битлз» народ, разумеется, слыхал, но чтобы увидеть своими глазами…Заранее разыгрывалось право НЕСТИ диск под мышкой. Счастливый носитель битлового диска, ясное дело, имел неоспоримые преимущества при знакомстве с девчонками, а кроме всего прочего мог даже дать посмотреть или – о, чудо! – разрешить потрогать заветный картонный конверт! К самому же диску допускались только избранные – члены компании. Или Витька Патефон – у него был «Rubber soul». Но Патефон свой диск на улицу не выносил, а в тайне, закрывшись от всех, как скупой рыцарь, чахнул над собственным сокровищем.

Как-то компания оказалась на толкучке – необъятном базаре под открытым небом. Разномастный торгующий люд веселил как мог диджей тех времён. Из алюминиевого колокола-громкоговорителя неслась советская эстрада и фольклор. Судя по причёске, Толян, парень у проигрывателя, был свой – увидев «Please please me», он ошалел от восторга. И тут хозяину диска пришла в голову идея.
- А слабо битлов крутануть на всю котушку?
Не зря говорят, хорошая инициатива наказуема. Сначала народ замер. Затем ошалело стал искать источник звука. А чего его искать, он на базаре единственный - вечевой колокол, мистически распевающий голосом Маккартни! Прогрессивные умы высказали предположение, что где-то выбросили в продажу битлов, а значит, надо успеть. Не дремали и милиционеры. Обстановка возле музыкального киоска с зовущим колоколом становилась угрожающей. Битломаны едва успели забрать свой диск и раствориться в толпе, а вот звукооператору не повезло - уволили. Зато он месяц не высыхал от дурняковой выпивки и лихих рассказов о том, как реяло над барахолкой и всем беспросветным совком знамя «Битлз», и размахивал им не кто иной, как он, Толян. Жаль только, Пол не знает об этом…

“Ж”

Уникальный памятник совковости конца 70-х - металическая гитара производства житомирской музфабрики. Она – чудесное сочетание несочетаемого. Созданная как музыкальный инструмент, оным не являлась, ибо не держала строй и не звучала. Знаток советского электрогитарного драйва Антон Максимов презентует в интернете её таким образом: “ Корпус чрезвычайно интригующей восьмиугольной формы, с рельефно выведенной огромной буквой «Ж», которая якобы должна была напоминать гордому владельцу этого смертельного оружия о его производителе – Житомирской фабрике музыкальных инструментов. На ярлыке внутри гитары изображен какой-то крутой парень, одетый в черный костюм – должно быть, кто-то из битлов – который, надо думать, мечтал помузицировать на этом орудии. Однако, я уверен, не посчастливилось ему блеснуть на житомирском раритете с железной декой.

Как-то мы отправились на лесную вылазку, а Патрон, главный поставщик еды, пропал без вести со всем гастрономическим снаряжением. Сидим на полянке, злые и голодные, с грустью поглядывая на случайно найденную пару пакетов вермишелевого супа. Котелки и посуда тоже у Патрона. Гениальная идея посетила барабанщика Пиво: он взял вышеупомянутую гитару, покрутил в руках, а потом стал неспешно скручивать струны. Мы онемело созерцали, как отделялся гриф, аккуратно извлекалась из середины круглая этикетка с предполагаемым изображением кого-то из битлов. Затем железная дека превращалась в кастрюлю, ставилась на огонь и очень скоро мы хлебали из неё супец, приготовленный из концентратов. Честно признаюсь, это одно из самых вкусных блюд в моей жизни. А потом, словно глас пророка, мы услышали Патрона - его приближающиеся матюки звучали песней. Самое интересное, что выпив и закусив, народ потребовал веселья, и что бы вы думали, легендарная гитара “Ж” была собрана в обратном порядке и до глубокой ночи радовала слух. HAPPINESS IS A WARM GUN! Причём не просто радовала - доводила до экстаза! Какой там “стратокастер”? “Фендер” отдыхает! И даже это не финал. Универсальному инструменту нашлось ещё одно не менее шокирующее применение. Зимой на этой гитаре мы катались со снежной горки, все по очереди, с ветерком, рассекая грифом морозное пространство, и догнать нас мог только ветер. А что потом? Понятно, под дребезжащий аккомпанемент дружно хором: We all live in our yellow submarine, yellow submаrinе, yellow submаrinе… Видать, на наклейке действительно изображался кто-то из «Битлз».

Фирменные песни пелись, конечно, по-английски, однако никакой англичанин ни за что не догадался бы, о чём идёт речь. Тексты были дефицитом, как и всё остальное, да и учить их нужно…Поэтому пелся набор правильных и каких попало фраз, что в результате давало отличный результат: подавляющее число слушателей не сомневались в нашем мастерском владении языком Великой Британии. Мой вариант исполнения «Girl» мог звучать, скажем, так: «Из стерини бади сэй ту матчез найт айм сори иф ю вона би ту мэк ту сэй…( полный бред!) Ох, гёл, гёл…» и красивый гитарный ре-минор, и, понятно, соль и …все в восторге, радостно подпевая «гёл…гёл…».

…Потом был день рождения, а вечером концерт белорусской команды «Лявоны» (в родном доме культуры, где репетировалось и игралось). Весёлой компанией, с ящиком вина, мы заняли козырную позицию в директорской ложе, прямо на сцене. Лявонская репетиция не обещала блестящего репертуара, но когда в финале призывно зазвучала песня Джорджа Харрисона «While my guitar gently weeps», а патлатый Владимир Мулявин, упав на колено, выдал соло, удивительно созвучное с «Битлз», мы воспылали к музыкантам страстной любовью, в результате чего ящик вина допивался уже в содружестве, и поехало - понеслось. Группа вскоре должна была менять название (это и произошло: «Лявоны» стали «Песнярами»). Брат Мулявина, тогда ещё живой и весёлый, возил с собой огромный чемодан(!) плёнок с любимыми концертами – там было всё! Мы бесконечно поём любимые песни, у меня в руках жёлтый итальянский полуакустик, входит Мулявин, дёргает со стола бутылку водки и опрокидывает в рот. Огненная вода не льётся, он с удивлением оглядывает горлышко - оказывается, бутылка ещё не открыта. Смеётся, ставит водку на место, подпевает вторым голосом “…and I love her…” и, прощаясь, говорит мне: а ты, парень, хорошо играешь. Другой бы спорил, я не стал, а если честно – приятно было услышать…

…Парковая танцплощадка представляла собой деревянный овал с высокой сценой, рассчитанный максимум на шестьсот зрителей. Боковые двухметровые стенки из крест-накрест сбитых дощатых планок, входные ворота со скучающей контролёршей-билетницей, многозначительный плакат «Трудящиеся имеют право на отдых». Начали мы по рецепту худрука дворца культуры Мийоича, нейтрально и ненавязчиво. Толпа начала сходиться во втором отделении. Движение пошло уже в начале третьего, когда появился главный хулиган Гастроном. Подметая пыль складками клёшных брюк, обнимая задницы двух подруг, шествующих рядом, он неторопливо прошёлся через центр площадки. Все расступались. С недоумением взглянув на нас, он спросил у подбежавшей «шестёрки»:
- Шо за пацаны играют?
- Миша замену поставил, базарил в натуре клёвые пацаны… Ансамбль «Анютины глазки».
- Ну-ну…
Возле сцены сидела моя любимая девушка Таня Стрелецкая. Я был горд и недосягаем. Стали подтягиваться друзья и потихоньку доставать:
- Чуваки, дайте «Битлов»…Поставьте всех на уши…
Если по-честному, нас и уговаривать-то не нужно. И оторваться хотелось, и себя показать. В общем к финалу третьего отделения мы созрели. «Can’t buy me love» ураганом пронеслось по парку и чудесным образом сделало нас знаменитыми. ТАКОЕ ПУБЛИЧНО НЕ ИГРАЛОСЬ И ПО-АНГИЙСКИ НЕ ПЕЛОСЬ! А мы спели и сыграли! Молодняк стаями слетался к решётчатой клетке. В воздухе носился адреналин. Гастроном в обнимку с двумя крашеными блондинками подошёл к сцене и скомандовал:
- За мной!
Неслыханно! Гроза парка приглашал нас в соседнее кафе «Левада» попить вина! Убрав пять бутылок «Агдама», мы поняли, что час икс настал. На сцену пробраться было уже очень трудно, народ валил скопом. Гастроном плыл, как ледокол, мы пристроились за ним.

Классический старт: one…twо…three…, и на головы всех столпившихся рухнуло «Hard day’s night»…Ни до ни после такого зрелища у меня перед глазами не было. Площадка забита - яблоку негде упасть, а толпа всё валит и валит. Море волос, колышущееся и живое, его движение шло от нас, и ощущение колдовства было просто мистическим. Играли нон-стоп, без пауз и остановок, конец одной песни означал начало новой. Подрулил разгорячённый Гастроном, и мы услышали фразу, впоследствии ставшую анекдотом:
- Рокешник для меня и медляк для моих пацанок!
Толпа заводилась всё больше. А вместе с нею и мы. Казалось, так слаженно мы не пели, музыка лилась Ниагарским водопадом, свободно и безостановочно. Толпу стало захлёстывать, прямо перед сценой я увидел парня с белой пеной на губах. Справа над головами появилось чьё-то туловище. Оно вдруг вознеслось над толпой и рухнуло на головы танцующих. Возникла какая-то суета, перерастающая в драку, по толпе побежали зигзаги. Отпущенная пружина рок-н-ролла швырнула в воздух многоголосый ор, а от входа уже продиралась группа милиционеров. Долго они добирались до сцены: теснота неописуемая, а их ещё и прессовали, как могли. Закончилось всё у главной сетевой вилки. Сержант Петренко победно вырвал её из розетки, и музыка умерла. Только не сдавшийся Парин как заводной колотил по барабанам, пока его не сбросили с сидушки. Домой мы возвращались «звёздами». Такими же шли на второй день, наблюдая рекордное стечение народа в сторону парка. Все радостно здоровались и норовили пожать руку. Странным образом мы обзавелись тучей друзей и знакомых, о которых даже не подозревали…

Отрезвление явилось в образе Мийоича: «…вашу мать, какого … вы ….» . В литературном переложении это означало следующее: утром текущего дня директора парка вызвали в горком и предложили положить на стол партбилет, разумеется, по причине нашей вражеской идеологической вылазки. Вместо максимальных шестисот билетов было продано вдвое больше (доселе, кстати сказать, не побитый рекорд!), в шести местах проломан пол, справа у входа частично снесено дощатое ограждение, семь человек оказалось в милиции, площадка закрыта, денег не будет, Пеле не забил второй гол, мы мудаки…

НЕФОРМАЛЫ

Мы - дети подвалов, подъездов,
Витки электрических струн,
Не верили вашим съездам,
Нас не было у трибун.
Мы Леннона знали по голосу,
Лже-лениным нас не тешь.
Нас стригли…
Летели волосы
На вашу идейную плешь.
Привычные к частым клизмам,
Мы сцеживали в унитаз
Премудрость социализма
И лозунги не про нас.
Мы научились слушать,
Вычитывая между строк,
И вкладывать наши души
В неуправляемый рок.
Играли в цветы и хиппи,
Нас били лицом об стол,
Кололи инъекции “липы”
Про партию и комсомол.
Нам прочили восклицанья,
Да вышел итог иной:
И слава, и покаянье
Минули нас стороной.

Popularity: 15% [?]