Умеете ли вы запоминать числа?
Деловые люди предпочитают их записывать.
Люди другого рода, не всегда имеющие под рукой записную книжку, а также, должно быть, шпионы, вынуждены различные цифровые комбинации запоминать.
Для этого придумано много техник – простых, а иногда очень даже запутанных.
Один из самых известных способов – связать число, которое требуется запомнить, с какой-либо датой, памятным событием.
Тот, кому удаётся создавать такие цепочки ассоциаций и потом самому же в них не заблудиться, знает, что бывают числа, ни на что не похожие. Иной телефонный номер упрямо не запоминается: такие цифры подберутся, что не высекают никакой искры ни в душе, ни в голове.
Но есть числа…
С ними не возникает затруднений: день рождения, год поступления в школу и её окончания… В армию тогда-то…В вуз, в роддом…Количество детей, мужей, жён… Возраст на сегодняшний день, номер квартиры, этаж…Тридцать три богатыря, тридцать третий год, тридцать седьмой… «Великолепная семёрка»… «Ливерпульская четвёрка»… when I`m 64…
И со следующим числом – 65 – лично у меня нет проблем. 1965 год – год счастья.
Говорят, у каждого человека есть в жизни особенный период. Он вспоминается обычно как наиболее яркий, насыщенный, счастливый. Это и есть возраст счастья, наш истинный возраст. У кого-то это 16, 20, даже 40.
В 1965 году мне было 10 лет.
Кажется, тогда ещё не наступил, может, только близился долгий период всеобщего стремления мальчиков избежать стрижки. Брюки-клёш и пиджаки с круглым вырезом без воротника, так называемые «битловки» появились чуть позже. Гитары у всех и повсюду, обычные и самодельные электрические. Какие-то невероятные созвучия, извлекаемые из них, вседворовая нотная грамотность и специфический интерес к английскому.
Все это было впереди.
А тогда, летним полднем 65-го, я шла по одной из улиц в центре города, тихой и безлюдной по случаю выходного. Залитый светом фасад старинного дома. Из чьего-то открытого окна негромко звучит музыка: неожиданная, непохожая ни на какую другую, явно нездешняя. Слышно - поют по-английски. Слов, правда, не разбираю, но отчётливо понимаю, о чём поют: о счастье, которое будет со мной. Так потом всю жизнь и возникал этот образ при слове «счастье»: солнце на стене, увитой виноградом, и песня, - это могла быть Girl, а может, Yesterday, - исполняемая необычным «козлетончиком»…
Спустя непродолжительное время это непонятное слово – beatles – стало то и дело встречаться везде: на стенах старого школьного здания, выцарапанное на партах, старательно выведенное на задних страницах школьных тетрадей мальчишек-одноклассников. Говорили, что оно, вероятно, означает «жучки», хотя и пишется не совсем так. В школе из рук в руки передавали чёрно-белые фотографии четырёх молодых людей с совершенно потрясающими причёсками. В выражении их лиц, улыбках, позах, одежде, - во всём их облике – не было и намёка на сходство с чем-нибудь советским.
Длинноволосых народная молва обозначала нарицательным словом «битлас». Предметы поклонения – неведомым образом попавшие сюда из-за «железного занавеса» пластинки-альбомы в красочных пакетах с изображениями четвёрки кумиров, таких прекрасных, Oh! Чёрно-белые снимки с этих пакетов, магнитофонные бобины - записи с этих пластинок, весь этот трогательный эрзац недоступной индустрии шоу-бизнеса.
Но летом 65-го я была очень далека
Информации, впрочем, каким-то образом просачивалось много: привозимые кем-то из-за границы журналы, посвящённые популярной музыке, журнал «Ровесник», отечественный и немного либеральный, освещавший молодёжные политические движения в разных странах и, к случаю, современные музыкальные направления, кинохроника тех лет: беснующиеся стадионы, истерики поклонниц, кадры мелькают доли секунд, - незачем нашей молодёжи на это глазеть, как бы это не послужило дурным примером…
Школьные тетрадки наст.вр.
Ванная
Споры разговоры информ.любым обр.скупая знатоки уважение вестники свободы
Журнал ровесник
До хиппи панков скинхедов
простых и не очень, а иногда весьма сложных и запутанных.
ПОЗВОНИТЬ ЗИНЧИКУ 291 28 29 когда распались битлз
Ливерпульская четвёрка к тому времени распалась, но до …. Львова не докатилась ещё даже мода на длинные причёски. Это уже потом, спустя полгода-год, накрыло волной, которую впоследствии называли «битломанией». Волна, нет - волны света, пришедшие уже после того, как звезда, излучившая их, погасла.
Летним полднем 65-го, я шла по одной из улиц в центре города Львова, тихой и безлюдной по случаю выходного. Залитый светом фасад старинного дома. Из чьего-то открытого окна негромко звучит музыка: неожиданная, непохожая ни на какую другую, явно нездешняя. Слышно - поют по-английски. Слов, правда, не разбираю, но отчётливо понимаю, о чём поют: о счастье, которое будет со мной.
Говорят, у каждого человека есть в жизни особенный период. Он вспоминается обычно как наиболее яркий, насыщенный, счастливый. Это и есть возраст счастья, наш истинный возраст. У кого-то это 16, 20, даже 40.
В 1965 году мне было 10 лет.
Кажется, тогда ещё не наступил, может, только близился долгий период всеобщего стремления мальчиков избежать стрижки. Брюки-клёш и пиджаки с круглым вырезом без воротника, так называемые «битловки» появились чуть позже. Гитары у всех и повсюду, обычные и самодельные электрические. Какие-то невероятные созвучия, извлекаемые из них, всеобщая нотная грамотность и специфический интерес к английскому.
Все это былоещё впереди.
А у меня потом всю жизнь возникал такой образ при слове «счастье»: солнце на стене, увитой виноградом, и песня, - это могла быть Girl, а может, Yesterday, - исполняемая необычным «козлетончиком»…
Евгения Красило
Popularity: 4% [?]